— В 2021 году "Спутник" сыграл-таки в высшей лиге. Какие изменения произошли в клубе в плане подготовительного процесса, финансовых условий?
— Во-первых, было до последнего непонятно насчет того, идем мы в высшую лигу или нет. Оставшиеся в команде ребята не понимали, каким будет финансовое положение "Спутника". Когда сказали, что команда будет жить дальше и выступит в высшей лиге — подписали контракты и получили половину зарплаты. Почему только часть? Мы начали тренироваться в середине месяца, поэтому и рассчитались с нами за половину. С этого момента и до конца первого круга нам давали какие-то части зарплаты, либо вообще ничего. Ну а дальше команда перестала существовать и снялась с чемпионата, вот и все.

За время игры в "Спутнике" в памяти остался домашний поединок с "Витебском", когда мы по ходу игры уступая 0:3 одержали победу со счетом 4:3. Насколько я знаю, этот случай стал единственным в истории чемпионата, когда команда "горела" с таким счетом и выиграла матч, — приводит слова Монастарского bel.football.

— Бывало такое, что у ребят просто сдавали нервы из-за всех этих проблем?
— Да, имели место и такие моменты. Но все взрослые люди, не раз проходили подобные испытания, к сожалению. "Ком" накопился где-то за месяц до заявления о снятии "Спутника" с чемпионата и ликвидации клуба. Все отдавали силы, тренировались. А когда увидели, что изменений нет — могли происходить стычки, но без какой-то грязи. Но все решалось между ребятами в моменте, никаких обид не носили в себе.

— То есть, "Спутник" до сих пор не погасил долги перед игроками?
— Конкретно "Спутник" ничего не погасил, клуб прекратил существование. Все ребята, подавшие иск против него в федерацию, выиграли это дело. Ну а дальше — через профсоюз, спасибо Саше Сверчинскому и его юристам. Через них мы обратились в ФИФА и спустя год или полтора всем пожаловавшимся футболистам выплатили зарплату — кому-то частично, кому-то полностью. Все те, кто до конца отстаивал свои законные права, получили заработанные деньги. Это касается игроков, а тренеры не могли подавать жалобу в ФИФА и остались без выплат.

— Директором "Спутника" тогда был Олег Дмитриевич Монастырский. Насколько сложно было держать отношения "руководитель-игрок", не переходя на "отец-сын"?
— Тяжело, да. У меня были возможности уйти, в тот же "Витебск" приглашали. Но я остался в Речице и так же, как все, не получал зарплату. Переживал за отца и видел, сколько он делал для того, чтобы "Спутник" выжил. Каждый день он ездил на встречи со спонсорами, старался сохранить клуб. Но отношения "директор-футболист" поддерживались. Да, у меня было больше диалогов с отцом на повышенных тонах на тему невыплаты зарплат, чем у других ребят. Мог сказать ему чуть больше, чем все игроки. Но от этого было хуже как ему, так и мне.

— Но Олег Дмитриевич провел много времени, потратил силы на поиск спонсоров...
— Он был занят этим всю зиму. Отец говорил команде, что переживает за происходящее и встречается с потенциальными спонсорами. Ежедневно с кем-то разговаривал, старался исправить положение дел. Говорил, что спонсоры пообещали и все должно наладиться. Но, как понимаю, обещания они не выполнили. Подчеркну: обещания, а не обязательства. Никаких бумаг и письменных договоренностей я не видел. Знаю одно: отец — не сумасшедший, никогда не стал бы брать на себя ответственность понимая, что "Спутник" перестанет существовать. Его заверили, свои обещания в первое время чем-то подтвердили, отец взял на себя обязательства — а со временем стало понятно, что это было ошибкой. Все поняли, что клуб просто обманули — и футболистов, и тренерский штаб, и руководство.

"Иногда кажется, что всё это не наяву". Белорусский легионер из израильского минора — о ситуации в стране